|

Герой Украины, враг государства

Герой Украины, враг государстваАлексей Вадатурский построил один из крупнейших аграрных холдингов страны. Дело за малым — оградить бизнес от очередного натиска чиновников.

ТЕПЛЫМ МАЙСКИМ вечером из здания Николаевского областного управления хлебопродуктов вышли мужчина средних лет и пять женщин с тяжелыми полиэтиленовыми пакетами. Дело было в 1993 году: зампред управления Алексей Вадатурский и начальницы ключевых отделов навсегда покидали насиженные места в госаппарате, унося с собой всю документацию компании «Нибулон» — одного из первых в Украине частных торговцев сельхозпродукцией.

За 20 лет Вадатурский превратил «Нибулон» в крупнейшую вертикально интегрированную зерновую компанию Украины. В 2009/10 маркетинговом году ее выручка превысила 3 млрд гривен. «Это, пожалуй, рекорд для украинского аграрного комплекса», — говорит аудитор KPMG Александр Гаврилюк. В прошлом году компания вывезла за границу 3,75 млн т зерновых. Но с приходом к власги команды Виктора Януковича положение «Нибулона» резко осложнилось. Крупнейшего в Украине экспортера зерна фактически отрезали от мирового рынка.

Уроженец села Бендзары на Одесчине, Вадатурский с детства знал, что не хочет быть бедным, как его родители. В конце 1960-х он совмещал учебу в Одесском институте пищевой промышленности с работой фузчиком в аэропорту. Во главе институтского стройотряда Вадатурский побывал на Урале, в Карелии, Польше, Казахстане. «Студентом я зарабатывал больше, чем инженеры на государственных предприятиях», — вспоминает он.

С дипломом специалиста по автоматизации химико-технологических процессов Вадатурский получил работу главного энергетика Трикратского комбината хлебопродуктов в Николаевской области. «Я думал, предстоит иметь дело с кукурузными хлопьями и сладостями, а на самом деле меня ждали химия и яды, которые используются в производстве семян», — говорит бизнесмен. Комбинат стал первым в СССР предприятием АПК с полной автоматизацией управления производством, которая обеспечивала ему колоссальную экономию энергоресурсов. А в 1980 году начальник Николаевского областного управления хлебопродуктов позвал Вадатурского в свои заместители.

Управление было региональным подразделением Министерства заготовок, которому подчинялись все элеваторные, комбикормовые и мукомольные предприятия СССР «Это была влиятельная монолитная структура, в которую Вадатурский вписался очень гармонично», — рассказывает Владимир Клименко, который тогда работал в республиканском аппарате министерства, а сейчас возглавляет Украинскую зерновую ассоциацию. Вадатурский отвечал за реконструкцию предприятий, следил за обеспечением области зерном и мукой. В его компетенцию входил и импорт семян из Югославии, Чехословакии, Венгрии. Расплачивались зерном. После распада социалистического блока импортеров перестала устраивать бартерная оплата. В 1991 году крупнейший поставщик семян в Николаевскую область — венгерская Kombiseed Kit. предложила советским чиновникам создать совместное предприятие, которое зарабатывало бы валюту на мировом рынке. К реализации плана венгры привлекли английского трейдера Meridian Commodities Ltd. Цепочка должна была выглядеть гак: венгры поставляют семена кукурузы и подсолнечника, колхозники выращивают урожай, а англичане продают его на мировом рынке. Руководитель областного управления хлебопродуктов, которому предложили возглавить СП, отказался — мол, много лишней мороки.

Вадатурский охотно согласился заменить начальника. Днем работал в управлении, а после шести вечера занимался СП «Нибулон» (аббревиатура из первых слогов названий городов-учредителей — НИколаев, Будапешт, ЛОНдон). Коллеги по управлению помогали ему зарегистрировать предприятие, выбрать колхозы для демонстрационных посевов, готовить документы для осуществления торговых операций.

Проблемы начались через год. «Руководство области очень негативно относилось к тому, что я совмещал развитие «Нибулона» с работой в управлении хлебопродуктов, — рассказывает Вадатурский. — Меня обвиняли в нанесении ущерба экономике страны. В результате поставили ультиматум: или управление, или СП».

ВЕСНОЙ 1993 ГОДА Вадатурский собрал семерых подчиненных в своем кабинете. «Сказал, что уходит, и предложил уйти вместе с ним, — рассказывает заместитель гендиректора «Нибулона» по персоналу Лариса Бурик. — Он предупредил, что никаких гарантий успеха нет и не факт, что в первые месяцы мы будем получать зарплату». Уйти вслед за Вадатурским отказались только двое.

Глава «Нибулона» не сгущал краски, предупреждая о трудностях. «Наш первый офис находился в помещении бывшей машиносчетной станции. Стены здесь были оббиты звукопоглощающими плитами, которые по ночам активно поедали крысы», — не без отвращения вспоминает Бурик.

Схема, предложенная венграми, выглядела гладко только на бумаге. После распада СССР украинские аграрии оказались в тяжелом положении: хозяйствам не на что было покупать технику, горючее и удобрения. Пришлось «Нибулону» брать снабжение селян на себя. Удобрения закупали в Луганской области, нефть — в России. Перерабатывали ее на украинских заводах. Жизнь была веселая. Бурик вспоминает, как однажды сотрудники «Нибулона» приехали на Лисичанский НПЗ за оплаченным топливом, а его уже и след простыл — увезли «лихие парни» в своих бензовозах.

«Нибулон» пытался зарабатывать на всем чем можно. На территории одного из колхозов разводили змей для продажи яда фармацевтам. В 1994 году отправили в Венфию четыре цистерны подсолнечного масла. Вскоре на «Нибулон» приходилась уже четверть его экспорта из Украины.

Основной проблемой компании был все же не разрыв хозяйственных связей на постсоветском пространстве, а непредсказуемость бюрократии. Несмотря на то что Вадатурский перестал совмещать госслужбу с коммерцией, отношение регионального и столичного начальства к нему не улучшилось. Появление частника в полностью огосударствленном аграрном секторе смущало и раздражало. «Нас постоянно проверяли, пытались закрыть наши счета, — вспоминает Вадатурский. — Иностранных учредителей звали «на ковер», предлагали снять меня с руководящей должности, включить в состав учредителей другие компании».

В повседневной жизни враждебное отношение к «капиталистам» проявлялось в неизменных бюрократических проволочках. «Чтобы получить необходимую лицензию и разрешение на экспорт, нужно было сутками простаивать в очередях в министерствах», — рассказывает бизнесмен.

У неразберихи начала 1990-х были и свои плюсы. Немногочисленные частные компании, занявшиеся сельским хозяйством, практически не конкурировали между собой. «Рынок делили по территориальному принципу. «Нибулон», к примеру, контролировал южный регион, «Зерно» — центральный», — вспоминает Сергей Пономаренко, возглавлявший отдел закупок компании «Зерно», которую, как и «Нибулон», организовали бывшие чиновники Министерства заготовок.

Главной для Вадатурского оставалась битва за урожай. Одно дело — поставить в колхозы все необходимое для сева, и совсем другое — получить за это оплату. Денег у аграриев не имелось, с «Нибулоном» они должны были рассчитываться зерном. Но, привыкнув к дотациям в советские годы, руководители хозяйств не спешили расплачиваться с поставщиком. «Государство выделяло колхозам огромные средства, технику, удобрения, посевной материал, а затем Политбюро ЦК KIICC списывало им все долги», — обьясняет Вадатурский.

В 1996 году его терпение лопнуло и он начал забирать колхозы за долги. Первым было хозяйство в Лидиевке под Николаевом. По словам предпринимателя, положение в Лидиевке было аховым: коровы примерзали к полу обветшалого хлева. Для села появление нового хозяина стало спасением. За пару лет «Нибулон» превратил умирающий колхоз в процветающее хозяйство. В дальнейшем компания поглотила еще с десяток должников.

Проблема была не только в необязательности селян, но и в том, что убирать урожай им было просто нечем — советская техника не отличалась надежностью, денег на приобретение новой не было. На выручку пришел Всемирный банк (ВБ), в 1996 году открывший в Украине программу поддержки экспорта. В 1998 году ВБ выдал «Нибулону» $5 млн под 10% годовых. Под этот кредит Вадатурский заложил квартиру, офис и служебный автомобиль. По словам Бурик, эксперты советовали потратить кредит на закупку и экспорт подсолнечника. Вместо этого хозяин «Нибулона» реализовал свою задумку по возрождению машинно-тракторных станций и закупил сельхозтехнику производства DAR Case и MAN. Возрожденные МТС обрабатывали землю в хозяйствах, работающих на «Нибулон», а в качестве оплаты получали часть урожая.

Кредитор остался доволен тем, как Вадатурский распорядился деньгами. Главный советник по инвестициям IFC Вадим Соловьев отмечает, что в среднем украинские предприятия, получившие доступ к программе поддержки экспорта, экспортировали продукции на $2,3 на каждый доллар займа. «Нибулон» же на каждый полученный доллар увеличил экспорт на $4.

Для Вадатурского хорошие отношения с ВБ стали пропуском в высшую лигу бизнеса. Перед «Нибулоном» открылись двери крупнейших украинских и зарубежных финансовых институтов. «Появились кредиторы из Дании и Голландии. Приезжали представители западных банков, в которых обслуживались наши импортеры, и предлагали сотрудничать с ними напрямую», — рассказывает Вадатурский.

РУКОВОДИТЕЛЬ «Нибулона» упорно постигал тонкости мировой торговли продовольствием. «Впервые я увидел Вадатурского на выставке в Ганновере в 1998 году. Меня поразили две вещи. Во-первых, несмотря на свой немолодой возраст, он верил, что из сельского хозяйства можно сделать бизнес. Во-вторых, был единственным участником выставки, который не знал английского языка», — вспоминает президент Украинской аграрной конфедерации Леонид Козаченко.

К тому времени Вадатурский дозрел до того, чтобы начать трансформацию «Нибулона» в вертикально интегрированную компанию. С ростом масштабов бизнеса у Вадатурского появились союзники в чиновничьих кабинетах. Губернатор Николаевской области Николай Круглов впервые возглавил областную администрацию в 1995 году. В отличие от предшественника он был настроен не на конфликт, а на поддержку крупного экспортера, снабжающего хозяйства области импортной техникой.

Первым делом «Нибулон» привел в порядок свой земельный банк, перезаключив договоры аренды так, чтобы участки находились максимально близко друг к другу. Сегодня компания контролирует около 70 000 га земли, с которых собирает около 300 000 т зерна в год.

Еще в конце 1990-х Вадатурский зарекся сотрудничать с государственными элеваторами. На них подменяли зерно, отгружая экспортерам некачественную продукцию. Приватизировав два элеватора в 2000 и 2001 годах, Вадатурский убедился, что проще строить собственные. Государственные зернохранилища нуждались в дорогостоящей модернизации.

Свои элеваторы «Нибулон» строил максимум за 90 дней, тогда как другие экспортеры тратили на это полгода-год. Когда Вадатурский нанимал подрядчиков и говорил, что объект должен быть готов через три месяца, те снисходительно ухмылялись. Но вскоре до них доходило, что заказчик не шутит, а значит, лучше выполнить работу без опоздания. С теми, кто срывал сроки, Вадатурский дела больше не имел. Сейчас компании принадлежит 17 элеваторов, вмещающих на хранение 1,6 млн т зерна. Их строительство обошлось «Нибулону» в $400 млн.

Элеваторами Вадатурский ограничиваться не собирался. В его понимании полноценная вертикальная интеграция невозможна без собственного экспортного терминала. Или, как выражается сам Вадатурский, своего метра госграницы.

В 2002 году Круглов помог «Нибулону» приобрести 7 rd земли в специальной экономической зоне «Николаев», С мэром Николаева Владимиром Чайкой Вадатурский договорился об аренде прилегающей к терминалу морской акватории. За $50 млн «Нибулон» построил на своем участке терминал с двумя зернохранилищами, на 50 000 т каждое. А в 2004 году Кабмин Виктора Януковича разрешил открыть на территории «Нибулона» пункт грузовой таможни. Окно в мир было прорублено.

Параллельно Вадатурский выкупал доли партнеров. Сначала он приобрел 60% «Нибулона», принадлежавших

иностранцам, а после выкупил миноритарные пакеты у топ-менеджеров, стоявших у истоков СП. У компании остались два владельца — сам Вадатурский и его сын Андрей.

СТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ независимым от государственных портов Вадатурскому все же не  удалось. Из-за недостаточной глубины акватории «Нибулон» не мог на своем причале целиком загружать суда зерном — их догружали в других портах. Свои потери из-за плохой работы госпортов Вадатурский оценивает примерно в $5 млн в год.

Тогда предприниматель решил углубить дно. Чиновники Министерства транспорта и связи (сегодня — Министерство инфраструктуры) выступили категорически против этой идеи. В «войне» с «Нибулоном» поучаствовали последовательно возглавлявшие министерство Николай Рудьковский, Иосиф Винский и Василий Шевченко. Донецкий бизнесмен и политик Борис Колесников — министр инфраструктуры с декабря 2010 года — имеет дополнительный повод считать Вадатурского своим «классовым врагом». Колесников инвестировал более $ 100 млн в крупнейшее в Украине стадо свиней, а экспортеры, вывозя зерно, способствуют повышению цен на корм для скота на внутреннем рынке.

Апогея конфликт достиг в 2009 году при министре Винском. Вадатурский склонил на свою сторону прокуратуру, СБУ, суд, Антимонопольный комитет. Даже премьер Юлия Тимошенко несколько раз поручала Минтранссвязи разрешить «Нибулону» выполнить проект собственными силами. Но ведомство стояло на своем. Вадатурский махнул рукой и, заручившись предписанием АМКУ в адрес Минтранссвязи — не чинить препятствий на пути реализации проекта, прошлой весной все-таки провел дноуглубительные работы.

Колесников не нашел времени, чтобы ответить на вопросы Forbes, касающиеся деятельности компании. Этой зимой Вадатурскому удалось пробиться на прием к министру, но примирение не состоялось.

ПРИХОД К ВЛАСТИ «оранжевых» ослабил бюрократическое давление на бизнес Вадатурского. В знак признательности хозяин «Нибулона» в 2006 году даже баллотировался в Николаевский горсовет от Народного Руха Украины. Осенью 2007-го президент Виктор Ющенко присвоил ему звание Героя Украины «за выдающийся личный вклад в укрепление потенциала агропромышленного комплекса».

Переход в «оранжевый» лагерь не рассорил Вадатурского с регионалом Кругловым. «Поступления в бюджет от деятельности «Нибулона» составляют 80-100 млн гривен в год — иногда это больше, чем может обеспечить бюджету области Николаевский порт», — объясняет Круглов свое уважительное отношение к Вадатурскому. К тому же очередная масштабная программа «Нибулона» — возрождение судоходства на Днепре и Южном Буге — позволила загрузить работой Николаевский завод «Океан». В прошлом году он изготовил для «Нибулона» 24 несамоходных судна и 3 буксира на $43,5 млн. Собственный флот поможет «Нибулону» удешевить транспортировку зерна. «Экономический эффект весьма значительный, — объясняет Вадатурский. — Затраты на аграрную логистику в Украине доходят до 30% стоимости товара».

На строительство элеваторов по берегам рек и судов, которые будут доставлять зерно на экспортные терминалы, «Нибулон» планировал потратить $0,5 млрд. В июле 2010-го Европейский банк реконструкции и развития выделил компании $50 млн. «У «Нибулона» четкое стратегическое понимание развития отрасли, которое сходно с нашим, — говорит ведущий советник ЕБРР Антон Усов. — Нас также привлекло качество проекта». В прошлом году «Нибулон» инвестировал в свои проекты около $170 млн. Но сегодня инвестиционный азарт Вадатурского иссяк. Причиной послужили квоты на экспорт зерновых, которые прошлой осенью ввело украинское правительство. Под предлогом низкого урожая новая власть решила полностью изменить правила игры в отрасли.

Поначалу трейдерам разрешили вывезти из страны 2,7 млн т зерна. «Нибулону» досталась крупнейшая квота — около 415 000 т, но но сравнению с 4,2 млн т, которые Вадатурский экспортировал в 2008/09 маркетинговом году, это считай ничего. При втором распределении «Нибулон» вообще остался без квот. Так же, как и глобальные зернотрейдеры Bunge, Louis Dreyfus, Alfred C. Toepfer. Лидером рынка назначили полугосударственную компанию «Xni6 1нвестбуд», получившую самую большую квоту.

В парламент был внесен законопроект о запрете на экспорт зерна частными компаниями.

В Николаеве заговорили о том, что Вадатурскому поступают предложения, от которых невозможно отказаться. Среди претендентов на долю в бизнесе «Нибулона» называют народного депутата из Партии регионов Юрия Иванющенко. Депутат — друг президента Януковича и близко знаком с министром аграрной политики Николаем Присяжнюком. Все трое — выходцы из Енакиево.

Вадатурский признает, что у него нет отбоя от кандидатов в партнеры. Доходит до того, что ему обещают полный покой и благоприятные условия работы в обмен на долю в «Нибулоне». Но Вадатурский настроен решительно. По его словам, никого пускать в «Нибулон» он не намерен. Даже портфельных инвесторов: благодаря хорошей репутации среди международных финансистов недостатка в средствах компания не испытывает.

Депутат Иванющенко ответил Forbes в письменной форме. Он сообщает, что сельхозрынок ему, «безусловно, интересен». Вопрос о том, предлагал ли он Вадатурскому уступить долю в бизнесе, Иванющенко комментирует так: «Лично у меня нет никаких видов на компанию «Нибулон», и никаких конкретных переговоров о слиянии или поглощении мы, естественно, не ведем». «Другое дело, что на украинский аграрный рынок начинают выходить мощные игроки и конкуренция резко усиливается, — пишет Иванющенко. — Идет традиционное в таких случаях перераспределение рыночных долей. Появляются различные ситуативные союзы. Но, как я понимаю, это все и есть прямое следствие резкого роста привлекательности украинского АПК для инвесторов».

Долго ли продержится «Нибулон», будучи отрезанным от мирового рынка? Время работает на Вадатурского. Международные финансовые организации требуют от Киева либерализовать режим аграрного экспорта. В феврале письмо с таким требованием подписали главы киевских представительств МВФ, ВБ и ЕБРР В апреле свою озабоченность правительству Николая Азарова выразила побывавшая в Киеве делегация американских сенаторов. Упорствуя в желании перекроить аграрный рынок, украинская власть рискует остаться без финансовой поддержки МВФ, что чревато крупными макроэкономическими неприятностями.

63-летний Вадатурский не теряет хладнокровия. Он играет вдолгую. «Для меня доверие банка важнее, чем доверие местных властей, важнее, чем налоговые службы, важнее премьер-министра и президента, — говорит бизнесмен. — Все они меняются, и меняются их убеждения, а отношения с банками незыблемы».

Вы можете так же прочитать:

  • Почувствуйте разницу
    Владимир Головач 13 лет продает школьные тетради. Сначала он импортиро...
  • Скатертью дорога
    Ярослав Микитин избавил пассажиров от назойливого стука колес, а зао...
  • До последней нитки
    Кевин Планк еще студентом мечтал создать компанию, которая победит Nik...
  • Туалет EASY LATRINE
    О санитарных проблемах в Камбодже Джефф Шапэн узнал из письма, прислан...
  • Сила притяжения
    28-летний предприниматель из Чернигова нашел свободное место на рынке ...
  • Без перехода на крик
    Какая связь между цивилизованностью и долгосрочным успехом в бизнесе ...


Короткая URL: http://konkretika.com/?p=246

Опубликовано: admin on Дек 7 2009. Рубрика Свое дело. Вы можете следить за любыми ответы на эту запись через RSS 2.0. Вы можете оставить комментарий или трэкбэк на эту запись

Оставить комментарий

Новые комментарии

  • Сергей: Металлэкспортпром делают качественно теплообменники проверено.
  • Rus: Леха крассавчик) Уважуха и старшему и младшему)
  • Иван: Интересно конечно, зачем вообще тогда обращаться к посредникам? С учетом их комиссионных доход уж не на много...
  • agness: Если они реальные бизнесмены, они что ли не видят во что вкладывают? Или они просто так швыряются деньгами...
  • agness: Нравятся мне эти телешоу, вот только слышал что прибыль по проектам получают только единицы, все остальные же...