|

Темный рыцарь

Джим БрейерВовремя разглядев потенциал Facebook, управляющий партнер фирмы Accel Джим Брейер стал самым успешным венчурным капиталистом мира

ДЖИМ БРЕИЕР ДО СИХ ПОР ОТЧЕТЛИВО помнит, как в конце 2004 года возвращался на поезде из Принстона. В тот день инвестиционный комитет университета проинформировал Брейера о прекращении финансирования его венчурной фирмы Accel Partners. Предприниматель был уверен, что легко найдет других инвесторов. Но вскоре от услуг Accel отказались Гарвардский университет и Массачусетский технологический институт. Для большинства венчурных компаний потеря столь важных инвесторов стала бы началом конца.

Но оказалось, что университеты из престижной Лиги плюща совершили крупную ошибку. Фонд Accel IX размером в $440 млн, для которого собирал деньги Брейер, обещает стать одним из самых успешных в венчурной индустрии. По иронии судьбы — благодаря исключенному из Гарварда Марку Цукербергу. В 2005 году Accel вложил $12,7 млн в стартап, который оценивался в $98 млн и который только что убрал определенный артикль из своего названия thefacebook.com. Сейчас Facebook насчитывает 600 млн пользователей и стоит $50 млрд, Accel уже с лихвой компенсировал вложения инвесторов, продав мелкий пакет акций Facebook в ноябре 2010-го. При этом фонд все еще владеет 10%-й долей в социальной сети.

Офис Accel в Пало-Ал ьто, расположенный неподалеку от штаб-квартиры Facebook, гудит как растревоженный улей. Утром просочилась новость о том, что кинокомпания Warner Bros, покажет свой самый прибыльный фильм «Темный рыцарь» на Facebook. По дороге в кабинет Брейер просит кофе. Он входит в советы директоров Facebook, Wal-Mart, Dell и деятельно участвует в жизни этих компаний. В начале недели он побывал в Facebook, где участвовал в отборе кандидатов на вакансии в рекламном отделе. После этого слетал в Даллас на совет директоров Wal-Mart.

В свои 49 Брейер выглядит как мальчишка. Он с удовольствием рассказывает о любимом вине (Petrus 1961 года) и музыке (Шуберт, Малер, The Strokes). Он цитирует куратора Музея современного искусства в Сан-Франциско: «Из десяти художников, которых я выбираю, девять заканчивают полным провалом. Но один из десяти становится новым Пикассо». «В этом и состоит бизнес венчурного капиталиста!» — восклицает Брейер.

В его случае новым Пикассо стал Цукерберг. Но Facebook не единственный успешный проект Accel. Венчурная фирма своевременно вошла в сервис коллективных скидок Groupon, а один из ее фондов заработал рекордные для индустрии $400 млн, когда шведская QlikTech осуществила публичное размещение акций.

Accel — первая по-настоящему глобальная венчурная компания с активами в $6 млрд. У нее по семь партнеров в Пало-Альто и Пекине, четыре — в Индии, пять — в Лондоне. Она создала альянс с ведущим китайским игроком International Data Group, и их совместный фонд Accel-IDG обгоняет другие американские фонды в Китае. В Европе Accel входит в пятерку крупнейших венчурных компаний. В разгар кризиса она собрала в свой очередной европейский фонд $530 млн. Брейер сформировал три новых фонда в Китае, на очереди — два фонда в США на общую сумму в $2 млрд.

Успехи Брейера выглядят еще более впечатляющими на фоне неудач других венчурных капиталистов. В списке потерпевших крах компаний — Merrill, Pickard, Anderson & Eyre, TVI. Бывшие лидеры Mayfield и Mohr Davidow сегодня на мели, a Sigma Partners разваливается на части.

Возможно, это просто черная полоса. В венчурной индустрии за восьмью годами роста обычно следуют шесть лет спада. Этот цикл называют циклом Паттерсона, в честь Артура Паттерсона, наставника Брейера и основателя Accel. Брейер знаком с обеими фазами цикла не понаслышке. В раннем детстве он жил в похоронном бюро в Нью-Хейвене. Только такое жилье было по карману его родителям, которые в 1956-м бежали в США после подавления венгерского восстания.

В  1979 ГОДУ ДЖИМ поступил в Стэнфорд, где изучал информатику и экономику. Еще на втором курсе он решил попасть в Силиконовую долину, для чего разослал 50 резюме. Работу ему предложили только в Hewlett-Packard. Проработав в компании лето и осень, Брейер решил, что она способна на большее. 20-летний Джим договорился о ланче с гендиректором HP Джоном Янгом. «Я посоветовал ему заняться производством персональных компьютеров, — смеется Брейер. — Сказал, что по другую сторону автомагистрали 280 есть замечательная компания Apple, у которой отличный бизнес».

После университета Брейер два года работал в нью-йоркском офисе

McKinsey. Однажды перед важной презентацией начальник поручил ему доставить копии слайдов домой клиентам. На ночь глядя Джим обивал пороги топ-менеджеров, которые захлопывали двери у него перед носом, а на утро пожаловались на «этого парнишку». На этом карьера Брейера в консалтинге закончилась, и он поступил в Гарвардскую бизнес-школу. Треть его однокурсников после выпуска в 1987 году отправились ловить удачу на Уолл-стрит. Брейер был намерен вернуться в Силиконовую долину.

Он устроился в Accel, венчурный бутик, в котором работало всего двое — выходцы из Citicorp Артур Паттерсон и Джим Шварц. Осенью 1987-го на Уолл-стрит произошел обвал котировок, и венчурная отрасль оказалась на грани вымирания. В год закрывалось 20% компаний.

Чтобы быть успешным в венчурном финансировании, требуется «подготовленный ум». Это правило нового века Брейер повторяет постоянно. Его суть в том, чтобы понимать, кем ты являешься, а кем нет, и инвестировать соответственно. Брейер и его партнеры тратят большую часть своего времени на изучение нескольких секторов, с тем чтобы в нужный момент распознать выгодную сделку. Раз в квартал за ужином партнеры Accel пересматривают свою инвестиционную декларацию.

«Многие люди в этом бизнесе инвестируют импульсивно. Это верный способ напороться на мину, — говорит соучредитель Accel Шварц. — Без хорошей декларации вам лучше держаться в стороне».

Принцип «подготовленного ума» отлично работал в 1990-е. Инвесторы фонда Accel 1996 года получили в 20 раз больше, чем вложили. Ставка венчурной фирмы на Redback Networks (продана Ericsson за $1,9 млрд), Foundry Networks (продана Brocade за S3 млрд) и Portal Software (продана Oracle за $220 млн) окупилась более чем в стократном размере. А следующий фонд Accel VI, закрытый в 1998-м, на пике пузыря доткомов обеспечил доходность свыше 100% в год.

Accel стала создавать один фонд за другим. При формировании в 1999 году фонда Accel VII на $480 млн компания увеличила свою долю прибыли с 25 до 30%. Она объяснила это тем, что нуждается в дополнительных средствах для сохранения своего интеллектуального ресурса. Наравне с Kleiner и Bain Capital Accel вошла в число компаний, взимающих наиболее высокие комиссионные с инвесторов.

На пике пузыря доткомов в 2000 году Accel сформировала свой крупнейший фонд Accel VIII на $1,2 млрд, сохранив высокие платежи за управление. И когда лопнул пузырь, то же произошло и с фондом. В 2001-м инвесторам Accel — Принстону, MIT, Гарварду и Стэнфорду — надоело платить миллионные комиссионные фонду, который неудачно распоряжался их деньгами.

Accel была не единственной фирмой, которая теряла деньги инвесторов. Но другие венчурные компании быстро сокращали размеры фондов и свои вознаграждения. Accel же предложила разделить Accel VIII на две части при условии, что вторая половина станет новым фондом с прежней структурой комиссионных. Инвесторов это возмутило. Accel пришлось просто уменьшить фонд до $680 млн и умолять клиентов реинвестировать в Accel IX. Воспринимая Брейера как олицетворение зарвавшейся фирмы, Принстон, Гарвард и MIT решили расстаться с Accel. Стэнфорд выразил недовольство, но все же остался с Б рей ером.

БРЕЙЕР ВСПОМИНАЕТ: «Стоило Гарварду и Принстону отказаться от нас, как начался отток средств. Сформировать фонд Accel IX в январе 2005 года было очень сложно». Однако найти инвесторов все же удалось, и вскоре новому фонду посчастливилось

наткнуться на Facebook. Правда, дело не только в удаче. Accel заполучила Facebook благодаря Кевину Эфрузи, директору, нанятому компанией в 2003-м. Брейер поручил Эфрузи найти для Accel новую большую социальную сеть для инвестирования. 2004 год подходил к концу, а Эфрузи так ничего и не подобрал и сильно переживал из-за этого.

Чи Хуа Чин, выпускник Стэнфорда, который тогда подрабатывал в Accel, показал Эфрузи thefacebook.com. Эфрузи три месяца опрашивал студентов на сайте и настойчиво добивался встречи с Цукербергом и Шоном Паркером. Брейеру было не так просто заинтересовать Facebook своим предложением. Цукерберг вел переговоры о привлечении инвестиций с Дональдом Грэмом из Washington Post и с осторожностью относился к венчурным капиталистам. Паркер, напротив, присматривался к Accel, но до него доходили слухи, что фирма переживает не лучшие времена.

Эфрузи за кружкой пива все же уговорил Паркера привести Цукерберга на одну из утренних встреч партнеров Accel. Во время демонстрации сайта Брейер присмотрелся к заглавной странице и заметил внизу подпись: «Mark Zuckerberg Production». «Я просто наткнулся на это. И понял, что все в Facebook решает Марк Цукерберг, — рассказывает Брейер. — Интуиция подсказывала мне, что это тот, кого мы должны профинансировать».

Брейер называет Facebook одной из своих наиболее противоречивых сделок. У компании, которая оценивалась почти в $100 млн, было всего десять сотрудников и 700 000 зарегистрированных пользователей. Бизнес-модели у нее не было. Социальная сеть Friendster стоила вдвое меньше и все равно была на краю пропасти. «Инвесторы считали, что мы очень сильно переплатили», — говорит Брейер.

ЗАПОЛУЧИВ FACEBOOK, Брейер решил расширить бизнес фирмы в Азии. Партнером по китайскому проекту стал миллиардер Патрик МакГоверн и его компания International Data Group (IDG), в которой когда-то работал отец Брейера. Первый совместный с IDG китайский фонд Accel сформировала осенью 2005 года на сумму $270 млн. В 2007-м был запущен фонд на $510 млн, в 2008-м — на $600 млн.

Китай — новый центр притяжения для Accel. Недавно фирма вместе с IDG сформировала там два мегафонда на общую сумму $1,3 млрд — для инвестирования в ста рта пы и зрелые предприятия. Примерно такой же масштаб и двух новых американских фондов, для которых Accel сейчас привлекает финансирование.

Accel по-разному подходит к выбору американских и китайских стартапов. «Если в течение первой минуты разговора китайский предприниматель не скажет, что хочет разбогатеть, наша команда вряд ли даст ему денег, — рассказывает Брейер. — В Силиконовой долине все наоборот. Если бы Цукерберг или другой предприниматель сходу заговорил о желании разбогатеть, разговор был бы окончен».

Сейчас главный вопрос в том, куда Accel инвестирует $2 млрд привлеченного капитала. В спешке Accel уже вложила $40 млн в Legendary Pictures, сопродюсера «Темного рыцаря», еще $20 млн — в Rovio, создателя популярной мобильной игры Angry Birds. Судя по этим сделкам, Accel удваивает ставку на социальные сети, инвестируя в приложения для них.

Похоже на создание нового пузыря? Брейер к этому готов. «Пузыри будут всегда, в Китае или в центре Пало-Альто. Лавировать между пузырями — один из главных вызовов для бизнеса», — говорит он. Когда все объяты пессимизмом, стоит инвестировать активнее, а вот когда у всех эйфория, нужно остановиться и перевести дыхание. Брейер уверен: с каждым годом у него это получается все лучше

Вы можете так же прочитать:



Короткая URL: http://konkretika.com/?p=250

Опубликовано: admin on Дек 17 2009. Рубрика Интернет бизнес. Вы можете следить за любыми ответы на эту запись через RSS 2.0. Вы можете оставить комментарий или трэкбэк на эту запись

Оставить комментарий

Новые комментарии

  • Сергей: Металлэкспортпром делают качественно теплообменники проверено.
  • Rus: Леха крассавчик) Уважуха и старшему и младшему)
  • Иван: Интересно конечно, зачем вообще тогда обращаться к посредникам? С учетом их комиссионных доход уж не на много...
  • agness: Если они реальные бизнесмены, они что ли не видят во что вкладывают? Или они просто так швыряются деньгами...
  • agness: Нравятся мне эти телешоу, вот только слышал что прибыль по проектам получают только единицы, все остальные же...